Утверждает что извращенец и что хочет оттрахать девчонок, а на деле в 11 томе все ещё девственники. Потому что то он сомневается когда у него голая девка в постели, то девка расплачется прямо перед тем как они уже почти того...

Из-за него даже монашка задумалась о благах полигамии, и принцесса демонов грит что можешь меня отыметь если хочешь, а он при всём при этом думает "наверное у меня не получится гарем"... это же пиздец, где логика?!?!?!

Асуна вернулась в прошлое в примерно тот момент когда ушла в будущее...
Как мне показалось больше всех удивилась Ева когда увидела саму себя из будущего... Лицо у неё типа "Какого чёрта я-то припёрлась?!"
А Тяо всё-таки получается не родилась в том будущем, а изобрела машину для перемещения между параллельными мирами.

Неги проболтался Асуне

Неги чихнул и раздел кучу девчонок... И похоже пактио есть у приличного количества девчонок (адеат тока ева не сделала)... Ну по крайней мере близняшки и Сакурако точно сделали адеат...

Наклонив голову подобно Ханекаве, я сказал самым вежливым тоном: «Могу ли я потрогать твою грудь?»
- …
Лицо Ханекавы окаменело, а ее голова так и замерла в наклонном положении.
Тем не менее, она продолжала улыбаться.
Внутри хранилища сгустились тучи.
Что же мне делать среди этой тяжелой атмосферы…
- Твою грудь.
- Я тебя поняла.
Ханекава посмотрела сначала вверх, а потом вниз.
После этого она снова уставилась на меня.
- Зачем тебе это?
- Я нуждаюсь в этом. Очень нужно, - сказал я.
Мое лицо приняло самое серьезное выражение.
- Ты не видела, как выглядит Киссшот Ацероларион Хеартандерблейд в своем истинном облике.
- Хм? Ну, я видела ее в 12-летнем и 17-летнем возрасте, поэтому не то чтобы я не могла представить, как она выглядит в 27 лет.
- Это за гранью твоего воображения, - сказал я, подняв указательный палец. - Ее грудь превосходит твое воображение.
- Грудь…
- Я боюсь проиграть, поскольку меня привлекает ее грудь. А она, скорее всего, будет подпрыгивать во время боя. Вот почему в качестве ответной меры я бы хотел получить немного опыта насчет женской груди.
- Ох-хо-хо, - заохала Ханекава. - Это невероятно глупая причина…
- Она не имеет для тебя смысла?
- Хм.
Ханекава медленно закрыла глаза и наморщила брови, словно от головной боли.
- Хорошо.
- Э?! Серьезно?!
Почему?
Почему она подумала, что тут есть смысл?!
- Подожди немного, - сказала она.
Сначала Ханекава ослабила галстук и сняла школьный свитер. Затем она вытащила края блузки, заправленные в юбку. Пока я наблюдал за ее действиями, она завела обе руки за спину и засунула их себе под блузку.
Прошло несколько секунд.
Ханекава вытащила из-под блузки расстегнутый лифчик. Она быстро сложила его привычными движениями и спрятала под мат, на котором сидела.
После этого она посмотрела на меня.
- Ну, а теперь дотронься до нее, - сказала она.
- !..
Я не хотел, чтобы все зашло так далеко!
Что происходит?!
Я не могу унять свое сердцебиение.
Ей совсем не нужно было его снимать!
Ей вообще ничего не нужно было снимать!
- Э-э-э?
В чем дело?
Так или иначе, как только она сняла свой свитер и расстегнула бюстгальтер, мне показалось, что ее грудь увеличилась… Это иллюзия?
Нет, глаза вампира невосприимчивы к иллюзиям.
Сейчас Ханекава, по крайней мере, с учетом того, что я могу разглядеть сквозь блузку, не проиграет Киссшот. Нет, похоже, она обладает бюстом, с которым ничто не сравниться.
Более того, его форма превосходна.
Несмотря на то, что она сняла лифчик, и ее грудь потеряла свою поддержку, все выглядело так, словно она игнорировала законы физики. Как будто Ханекава способна управлять гравитацией, являясь при этом человеком.
Это за гранью воображения.
Разумеется, я попросил ее, полагая, что Ханекава откажет мне, но даже если и так, было бы очень грубо говорить, что это всего лишь шутка.
Ханекава Цубаса.
Она способна состязаться даже с Киссшот.
Я и не думал, что у Ханекавы такая грудь!
Н-но…
Встав на ноги, Ханекава направилась ко мне. При каждом шаге ее грудь двигалась,
поэтому я закрыл глаза и замер, словно меня парализовало. После этого она села прямо передо мной, опустила руки по бокам и, напрягая спинные мышцы, она выпятила свою грудь.
В такой позе она выглядит еще больше.
Несомненно, можно так выразиться, описывая эту грудь.
Более того, поскольку на ней была весьма тонкая блузка, можно сказать, что грудь Ханекавы была целиком и полностью выставлена на обозрение.
- Арараги-кун.
- Э? Ах да, в чем дело?
- Если ты собираешься массировать ее, то сделай это правильно.
- П-правильно?
- Думаю, тебе нужно массировать ее не меньше, чем 60 секунд.
- Ше-шестьдесят секунд…
Это невозможно.
Планка слишком высока.
Массировать ее правильно, что она имела в виду?
Прежде чем я заметил, касание превратилось массажом.
Черт, сейчас я уже не могу ответить, что просто пошутил…
Что же я делаю со своим драгоценным другом?
- Не стоит легко ко мне относиться!
- Да, сэр!
Как мне и было сказано, я неосознанно приготовил свои руки.
Но их только приготовил, а сам я остался неподвижен.
В любом случае, благодаря вампирским рефлексам, я абсолютно не могу обращаться с ней полегче, но я не знаю, какое усилие нужно применять. Во-первых, должен ли я прикасаться к ней сверху или снизу, и у меня нет ни малейшего понятия, что же делать после этого.
Она определенно не уместится в моих руках.
Поэтому мне не хочется приближаться спереди.
Может быть, сбоку, нет, нет.
Так будет еще труднее.
- Эй, Ханекава.
- Хм? В чем дело?
- Не могла бы ты повернуться спиной? - тихим голосом произнес я. - Мне трудно сделать это, глядя на твое лицо.
Возможно, Ханекава не может хорошо разглядеть меня при свете фонарика, но поскольку я вампир, то прекрасно вижу выражение ее лица.
Ее лицо уже покраснело.
Она кусала свои губы.
Это тяжело.
- …
Промолчав, Ханекава слабо кивнула и отвернулась.
Я увидел начало ее косичек.
Я никогда не обращал на них внимания, но до чего же прекрасные волосы, совершенно не имеющие повреждений. Видимо, они получают соответствующий уход.
- Ух…
Ах, даже в такой позиции это все еще трудно.
Поскольку Ханекава повернулась спиной, мне придется обхватить ее тело, но в этом случае мне сильно мешают ее руки…
- П-положи руки за голову.
- Это что, радио-гимнастика?
Но, несмотря на эти слова, Ханекава подняла руки.
Теперь путь был чист.
А затем я просунул руки под ее подмышками. Естественно, в результате моих действий наши тела соприкоснулись. Ханекава повернулась ко мне спиной, и если я попытаюсь прикоснуться к ее груди, это, пожалуй, будет выглядеть так, словно я обнимаю ее сзади…
Тяжело даже ощущать дистанцию между нами. Должен ли я скрестить руки? Или нет, будет легче ухватиться, если я буду держать руки так, как есть?
Я раскрыл пальцы.
Ханекава оставалась неподвижной с самого начала, но, даже глядя ей в спину, я понимаю, как она нервничает. Я тоже нервничал.
Мое сердце стучало все быстрее.
- Ты не будешь потом злиться на меня?
- Не беспокойся, не буду.
- Правда?
- Правда.
- Хорошо, ну тогда будь добра, скажи: «Арараги-кун, пожалуйста, поласкай мои сиськи»…
Шлеп!
Кажется, я услышал такой звук.
Должно быть, этот звук издали набухшие вены Ханекавы. Или может, это напряглись ее лицевые мышцы.
- А-А-Арараги-кун, п-пожалуйста, п-поласкай м-мои сиськи.
- Нет, не надо говорить таким тихим голосом. Создается впечатление, что тебе это не нравиться, и я заставляю тебя произносить эти слова против твоей воли. Ты должна сказать гораздо громче, что ты сама хочешь, чтобы я это сделал.
- Арараги-кун! Пожалуйста, поласкай мои сиськи!
- …
- Это честь для меня, что мои сиськи массирует Арараги-кун…
- Это честь д-для меня,… что мои сиськи массирует Арараги-кун…
- Р-р-р…
- Я вырастила эти развратные сиськи исключительно ради того, чтобы Арараги-кун помассировал их… Я в-вырастила эти развратные сиськи исключительно ради т-того, чтобы Арараги-кун п-помассировал их…
- Ну и ну, я и не думал, что ты такая извращенка, Ханекава.
- Да, я ужасно извращенная, мне так жаль.
- Не извиняйся. Не важно, как сильно ты испорчена, вряд ли это будет кого-либо беспокоить.
- Совершенно верно, хе-хе-хе.
- Ну, а в чем именно заключается развратность сисек извращенной и серьезной старосты?
- Я могу гордиться их размером и их мягкостью…. Они бесподобны в своей похотливости!
Ах.
Ясно, теперь я понял.
За время пубертатного периода даже я часто задавал себе вопрос, почему появился на свет. Но сейчас, в семнадцатилетнем возрасте, я наконец-то нашел ответ на него.
Я достиг просветления.
Я жил только ради этого дня.
Я существовал лишь ради этого момента.
Человек по имени Арараги Коеми родился в этом мире лишь для того, чтобы пережить сегодняшний день. Нет, не совсем так. Я недооценил значимость текущих событий.
Я уверен, что весь мир существовал только для того, дабы я прожил сегодняшний день.
С этого момента все, что произойдет потом, будет всего лишь бесполезными событиями.
- Значит, это естественно, что сиськи друга невозможно массировать!
Я сбежал.
Именно так, я убрал свои руки, сделал три шага назад и начал рыдать.
Я находился в состоянии, невероятно близком к прострации.
- Ничего не было! Ничего не было!
- Цыпленок… - произнесла Ханекава ужасно слабым голосом.
Даже не обернувшись.
Даже не глядя в мою сторону, будучи униженной.
- Цыпленок. Цыпленок. Цыпленок, цыпленок, цыпленок, цыпленок.
- Я – цыпленок. Я – трус. Мне очень жаль. Что бы ты ни говорила, мне нечем ответить тебе. Пожалуйста, прости меня. Это я виноват. Я слишком увлекся. Я воспользовался добротой Ханекавы-сан, но благодаря ее участию, смог прийти в себя.
- Думаешь, на этом все и закончится? Ты хоть знаешь, сколько решимости мне потребовалось, чтобы сидеть тут в таком положении?
- Н-нет, такой, как я, не имеет ни малейшего понятия об этом, но пока мы здесь, я бы хотел услышать, сколько смелости тебе было нужно.
- В самом деле, я думала, что все не закончится просто массажем груди… Ах, в таком случае, мой первый раз был бы на мате в хранилище спортинвентаря.
- Разве пока еще не слишком рано для таких утверждений?
- Ну, это произошло.
- Если бы!
Девушки сейчас, конечно, самонадеянны, но… безо всяких оснований!
- Но все равно, после того, как ты ужасно дразнил и унижал меня, ты даже и пальцем меня не тронул!
- Вот поэтому я и извиняюсь.
- Если ты извиняешься, так тому и быть. Ха. Я сейчас в таком положении, что если ты извинишься передо мной, я обязана простить тебя. Ха.
- Думаю, меня невозможно простить, но, пожалуйста, извини меня, изящная староста в очках.
- Первый раз в жизни из меня сделали такое посмешище.
- Э?
Из-за груди?
Или из-за очков?
Может быть, из-за старосты?
- Арараги-кун… я настолько непривлекательна?
- !..
Стоп, стоп, стоп!
Не трави меня такими любезными словами!
- Дело в том, что если бы я помассировал сейчас твою грудь, то, возможно, я бы жалел об этом всю оставшуюся жизнь!
Я могу пожалеть и о том, что не погладил твою грудь.
Но в данном случае я предпочитаю жалеть о несделанном, нежели о сделанном!
- Могу ли я вместо этого помассировать твои плечи?
- Плечи?
- Да. Плечи. Я хочу помассировать тебе плечи.
- Ну ладно.
Мы пришли к согласию.
Я начал массировать ее плечи.
Ого, они совсем не жесткие.
Я слышал, что при плохом зрении плечи часто становятся неэластичными, но с ней все в порядке. В таком случае, даже если я, не имеющий никакого опыта, буду ее массировать, не произойдет ничего плохого.
Разумеется, у нее отсутствуют мышцы в этих местах.
Я четко и ясно ощущаю очертания костей, это ключицы?
Ух…. Вот и все.
Стоп, стоп, пока нет.
Не менее 60-ти секунд.
- Финиш. Спасибо тебе.
Массируя ее плечи, я под конец поблагодарил ее.
Я такой услужливый человек.
- Этого достаточно?
- Д-да. Продолжение через Интернет.
- Как будто ты можешь делать массаж через Интернет.
- Ну, тогда продолжение в следующем семестре.
- Ага. Так-то лучше, - кивнула Ханекава.
Ее косички при этом покачнулись.
- Ты так далеко зашел с девушкой.
Как только я убрал руки с ее плеч, Ханекава поднялась и пошла туда, где она сидела до этого. Но она не стала садиться, а осталась стоять и обернулась.
- Поэтому не говори мне, что ты собираешься проиграть.
- Я одержу верх .
Сейчас мне следует вернуться к собственному стилю речи. Похоже, все это время я продолжал использовать вежливые обороты в разговоре с Ханекавой.
Но дело не только в этом.
Я могу сказать четко и ясно.
- Я выиграю .
Я могу это произнести.
- Даже ценой твоей груди!
- Вообще-то, лучше бы ты опустил эту часть фразы.
Произошла небольшая перемена настроения.
Ханекава сказала: «Ну ладно». И прочистила горло.
А затем она произнесла:
- Это последняя битва.
- Да, это последний акт Gakuen Inou Batoru.