[ Вход · Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Модератор форума: Key_Lo 
Rikudou-Sennin Clan Форум » Открытый мозг, покрытый пылью... (с) » Приют графомана » Буревестники (Книга Domino, всем приятного чтения ^^)
Буревестники
NatsubiДата: Суббота, 22.12.2012, 19:14 | Сообщение # 1
Король баклажанов
По жизни: Пролетарий
Статус: Оффлайн
Автор: Domino Aine
Название: Буревестники
Жанр: приключенческий роман, фэнтези
Рейтинг: современным детям и не такое можно...
Описание: фантазия автора, навеянная пиратской темой
зы. просьба не красть без указания ссылки на автора

Глава 1

Алый огонь, он красен, как только что пролитая кровь, и сверкает, словно чистейший бриллиант. Сверкает хищно, подбираясь все ближе, он поглотит все, что попадется ему на пути. На него невозможно смотреть, но и отвести взгляд тоже. Он ужасен, настолько, что заставляет сворачиваться жгутом душу, но она одновременно трепещет от восторга – такой красоты и силы на свете не сыскать.
Злорадная ухмылка – мучитель смеется над страданиями пленника. Да, он знает, что длинный кинжал в его руке заставляет трепетать от ужаса, сводит с ума – но только не своего хозяина. И все из-за камня – огромного, невероятной величины рубина, алеющего, словно кровь, на эфесе кинжала.
Пленник тяжело, часто дышит, вжимаясь в стену, словно это спасет его от жуткого ножа. Цепи кандалов на его руках позвякивают. Он содрогается от страха, но рассудок еще не совсем покинул его. Сумбурные, быстрые мысли проносятся в его голове: «Нет, нет...не может быть...этот нож...какое знакомое лицо...я знаю, знаю его...как у него оказался этот нож?.. Он вообще существует? Может, все это сон?.. Нет, не сон...как больно в боку...». Но так страшно, что даже боль незначительна. Пленник пытается отползти дальше, но дальше уже некуда – только ноги впустую скользят по влажному полу.
Человек хохочет – его забавляют, очень забавляют эти глаза, наполненные ужасом, лицо, перекошенное от страха. Он заносит руку с ножом, и полированная сталь ледяной молнией ударяет в грудь, из которой несется вопль...
Альт кричал уже и тогда, когда понял, что он не в темнице, а на мягкой постели. Рванувшись, он сел, а точнее, попытался, ибо резкая боль в левом боку заставила его рухнуть обратно на подушку, а испуганный вопль превратился в хриплый стон.
Альт лежал и, тяжело дыша, разглядывал потолок. Он определенно не помнил этого места. Он вообще ничего не помнил – ни кто он, ни откуда. Голова гудела, словно тяжелый массивный колокол, в который беспрерывно звонили. Альт с трудом поднял руку и потрогал свой лоб. Ладонь нащупала ткань.
Левый бок невыносимо ныл, будто в него всадили огромную занозу. Альт пощупал его правой рукой. Тоже перевязан. Значит, ранен… да еще и по голове саданули.
Перед мысленным взором Альта возникла картина боя. Звон стали, соперник и его лицо…
Картинки вспыхивали в памяти по отдельности – яркие, но разрозненные. А затем, в какой-то момент, они превратились в поток воспоминаний, который разрастался так, как горный ручей превращается в бурную реку. Альт вспомнил все.
В дверь постучали. Альт повернул голову, морщась от навязчивой головной боли, и уставился на тускло поблескивавшую медную дверную ручку. Он раздумывал, ответить на стук или нет, однако гость, не дожидаясь приглашения, вошел.
Это был небольшого роста толстяк в поношеной монашеской рясе.
«А проповедник-то что тут забыл?» - изумился Альт.
Толстяк повернулся и завопил:
-Очнулся! Ну, а мы уж думали, до осени дрыхнуть будешь!
Альт испытал жгучее желание хорошенько заткнуть гостя. Шустро, насколько это понятие вообще применимо к человеку его комплекции, толстяк приблизился к кровати Альта и с широченной улыбкой заглянул ему в лицо. Альт понял, что это никакой не монах – даже у них не бывает таких хитрых блестящих глазок, утопающих в толстых щеках.
Лицо у толстяка было знакомое. Альт точно помнил, что знает этого человека уже давно, но вот имя его он запамятовал.
-Чего уставился? – спросил он у толстяка.
Толстяк вздохнул – тоненько и коротко, как девочка.
-Как и всегда, - заявил он. - Никогда со старшими уважительно не разговаривает.
Обращался он, по всей видимости, к потолку.
-А тебя есть за что уважать? - резонно осведомился Альт, поднимая глаза и проверяя, нет ли там, наверху, в самом деле кого-нибудь.
Толстяк махнул рукой.
-Забудь. Ты никого никогда не уважал… Как самочувствие? Имя-то свое помнишь?
-Имя-то помню, - осторожно ответил Альт, все еще размышляя, как же зовут этого разговорчивого человечка.
-Уже хорошо, - весело сказал толстяк, соединяя ручки на животе. - А мое?
Альт прикрыл глаза и ответил:
-Нет.
Толстяк приуныл.
-Вот как, - проговорил он, склонив голову набок и разглядывая Альта. - А если хорошенько подумать?
-А чем я, по-твоему, сейчас занимаюсь? - огрызнулся тот.
-Ну ладно, вспоминай, - великодушно разрешил толстяк и уселся на краешек кровати Альта. - А я пока поспрашиваю...
-У меня есть идея получше, - сказал Альт. – Ты выметаешься отсюда, а я пока повспоминаю.
Толстяк пару мгновений молча смотрел на молодого человека, а затем улыбнулся.
-Память отшибло, но манеры все те же, - проговорил он. – Ладно. Ухожу.
Он поднялся и сделал пару шагов к двери, но, видимо, передумав, вновь обернулся к Альту.
-Только один вопрос, - сказал он. – Ты почему кричал-то? Я из-за этого сюда поднялся.
Альт, который уже прикрыл глаза и приготовился еще чутка вздремнуть, с неудовольствием покосился на собеседника.
-Нарочно кричал, чтобы ты пришел, - заявил он.
Толстяк вздохнул.
-Нарочно так нарочно, - сказал он, подходя к двери и открывая ее. – Ты только это… не думай, что еще сможешь поспать. Сейчас Джина придет.
«Джина? – мрачно подумал Альт. – Это еще что за птица?».
-Кто такая? – спросил он.
-Хозяйка, - коротко ответил толстяк и ушел.
Когда за ним закрылась дверь, Альт вдруг вспомнил имя толстяка. Был он, конечно, никакой не монах, а обычный летописец. Его так и звали: Феликс Летописец, или же просто Феликс.
Альт слышал, как грузный Феликс спускался по лестнице. Дом был построен из камня, но ступени, судя по всему, деревянные, порядочно скрипели под весом толстяка.
Наступила тишина. Хотя тишиной она могла зваться только с натяжкой: в здании было полно людей, они ходили и бегали мимо комнаты, этажом ниже и под окнами и громко переговаривались о каких-то своих делах. Порой этот шум заставлял Альта морщиться: головная боль не спешила уходить. Альт немного полежал, разглядывая кусок радостно-голубого неба, видневшегося через окно, а затем осторожно поднялся. Дождавшись, пока неистовый звон в голове прекратится и прыгающие черные круги перед глазами исчезнут, он осмотрел комнату.
Тесная, с одним окном. Напротив его кровати – еще одна, а между ними – круглый табурет на металлических ножках. У противоположной стены – еще одна кровать и в углу потрепанный соломенный матрас, застеленный кое-как.
«Лазарет? – стал строить догадки Альт. – Нет, не похоже… скорее, постоялый двор какой-нибудь».
Дверь неожиданно отворилась. В комнату вошла высокая стройная девушка. Одета она была просто, как обычная горожанка, но вот красотой она могла бы потягаться с какой-нибудь княжной. Альт уставился на гостью с немалым удивлением: так неуместно смотрелась она тут, в этой грязной комнате.
Девушка несла в руках деревянный таз, от которого шел пар. Когда она поставила таз на табурет у изголовья кровати, Альт увидел, что в нем горячая вода янтарного цвета. Комнату наполнил запах ромашковой настойки.
-Ты и есть Джина, надо понимать? – спросил Альт.
-Верно, - ответила девушка и добавила. – А ты?..
-Альт.
Держалась она довольно холодно. Впрочем, Альту было все равно.
-Сядь прямо, - приказала она. – Тебе нужно сделать перевязку.
Альт поднял бровь.
-Позволь спросить, - поинтересовался он, - с какой стати ты мне помогаешь?
-Не хочу, чтобы ты умер от заражения крови, - сказала девушка.
В ее голосе Альт уловил нотку сарказма.
-Очень мило с твоей стороны, - произнес он, - но я спрашиваю, что тебе нужно от меня?
-Сними бинты, - отозвалась Джина и без перехода продолжила. – Все просто. Мне нужно знать, куда отправился твой корабль. Чтобы это знать, нужно спросить тебя. Чтобы спросить тебя, нужно сохранить тебе жизнь. Теперь понятно?
-Корабль не мой, знаешь ли, - ответил Альт, игнорируя издевку.
-Корабль, на котором ты прибыл сюда. Вместе с другими пиратами.
«Знает, что я пират, и притащила меня сюда после боя, - подумал Альт. – Скорее всего, она все видела. Нет смысла отпираться».
-Надеюсь, ты не собираешься за ним гоняться? – спросил молодой человек, комкая пропитавшиеся кровью бинты.
Джина присела перед ним на корточки. Осматривая рану на левом боку Альта, она ответила:
-А зачем, по-твоему, я хочу знать о нем?.. Потрясающе. Как быстро затягивается… не зря Феликс отказался зашивать.
Последние ее слова были о ране. «Тиамат тебя побери, - подумал Альт, - неужели нельзя говорить о чем-то одном?».
Джина, поднявшись, оторвала кусок чистой ткани от длинного полотна, которое висело у нее на плече, и окунула его в таз.
Вновь обернувшись к Альту, она увидела его протянутую руку.
-Дай сюда, - сказал он. – Я сам.
-Как хочешь, - ответила Джина, отдавая ему тряпицу.
Прикосновение влажной ткани поначалу дарило приятную прохладу – теплая вода быстро остывала на лоскуте – а после начиналось жжение, словно тысячи маленьких иголочек впивались в кожу.
-Так куда отправилось судно? – повторила Джина свой вопрос.
-Я скажу, - ответил Альт, - но только с одним условием.
Джина усмехнулась.
-Ты не в том положении, чтобы ставить мне условия. Я в любой момент тебя убью, если захочу.
Альт уже успел разглядеть, что девушка носит с собой как минимум два кинжала, а потому ответил:
-Не сомневаюсь. Впрочем, в таком случае ты ничего не узнаешь.
-Не думай, что ты такой уникальный, - пропела Джина. – Пиратов в мире полно. Я доберусь до Тиора и спрошу там.
-Вот и добирайся, - ответил Альт.
В то же мгновение он ощутил холодную сталь у своего горла. «Лихо», - подумал он. Ему даже не удалось увидеть, когда Джина успела вытащить нож.
Она поставила одно колено Альту на бедро и медленно наклонилась к его уху. Ее черные кудри защекотали Альту щеку и шею.
-Слушай внимательно, - сказала она. Голос ее стал ледяным. – Если ты не скажешь ничего сейчас, то действительно умрешь. Мне было бы гораздо сподручнее узнать все от тебя, но Тиор-то никуда не денется. Я всегда смогу туда попасть. Выбирай.
Альт вздохнул.
-Слушай, женщина, - сказал он, - ты бы сначала хоть выслушала мое условие. Держу пари, оно тебе придется по вкусу.
-В самом деле? – спросила девушка и выпрямилась. Ее кинжал все еще был в опасной близости от альтовой шеи. – Ну что ж, говори.
-Мое условие – ты не увяжешься за мной. Я собираюсь тоже найти этот корабль.
-Кому ты нужен, - ответила девушка.
-Славно, - проговорил Альт. – А вообще, почему ты не спросишь Феликса?
Джина вздохнула.
-Так и знала, - произнесла она. – Вы действительно знакомы с ним.
Альт рассмеялся.
-Так этот толстый дурак тебя провел? – спросил он. – Забавно.
-Не совсем верно, - ответила Джина, убирая кинжал и делая шаг в сторону. – Нетрудно догадаться, что он неспроста вызвался помогать мне с твоим лечением. Я надеялась, что он сам что-нибудь скажет. Но нет.
-Что ж ты к нему с ножичком тоже не подошла?
-Как раз сейчас и подойду, - сказала девушка. – Прошло-то всего несколько дней.
-Тогда иди, - Альт сделал рукой соответствующий жест. – Я сам справлюсь.
Джина мгновение постояла, задумчиво глядя на пирата. Затем она взяла с табурета таз и, шагнув к Альту, вылила на него все его содержимое.
-Удачи, - мило улыбнувшись, сказала она и вышла.
Оторопевший Альт еще целую минуту сидел, уставившись на закрывшуюся за девушкой дверь. Его обливали водой не в первый раз, но никто и никогда не делал это с таким невозмутимым видом.

Через пару дней Альт мог нормально ходить, ни на что не опираясь. Это, конечно, был не свободный шаг здорового человека. Но рана заживала быстро и не особо беспокоила пирата. Он давно привык к боли и трудностям.
Джина частенько пропадала где-то по утрам, к обеду возвращаясь. Она уходила помогать горожанам расчищать завалы и хоронить погибших. Феликс иногда отправлялся с ней, хотя Альт заметил, что через несколько дней толстяк стал держаться от Джины подальше, словно сторонясь ее по непонятной причине.
За работу давали неплохой паек; по велению князя за всей раздачей провизии строго следили: не больше одной порции на нос. Из-за пиратского налета пострадало множество складов, скот разбежался, и только воду можно было свободно черпать из питьевых колодцев.
Те продукты, которые могли долго храниться, Джина прятала, откладывая понемногу на дорогу. Это было запрещено, весь город ежедневно прочесывали патрули, проверяя, нет ли у кого из жителей тайных запасов, которые, как предполагалось, следовало сдать в приемный продовольственный пункт при дворце, откуда вся провизия должна была поровну распределяться между горожанами. Однако Джина прекрасно знала, что большая часть уходит во дворец, князю и приближенным к нему дворянам. Поэтому ее беспокоило лишь, как бы не обнаружился ее тайник. Кроме того, у девушки было много других дел: ей приходилось следить за гостиницей и ее постояльцами. Феликс не переставал дивиться, как такая молодая девушка оказалась владелицей целого постоялого двора. Джина объяснила ему, что все это принадлежало близким друзьям ее родителей, которых увели в плен и рабство. Поэтому она посчитала своим долгом взять ответственность за постоялый двор на себя.
Альт ни в каких работах не участвовал. По его разумению, это было ни к чему: жить в этом городе дольше чем месяц он не собирался, а следовательно, и не стоило трудиться. Впрочем, голодать он тоже не был намерен. Будучи обладателем смекалистого ума и завидной ловкости, пират утягивал то тут, то там понемножку, и был вполне доволен положением дел. Джина, к его удивлению, не сказала ему ни слова упрека; хотя она вообще очень мало разговаривала с ним. И Альта это вполне устраивало, он был предоставлен сам себе.
В первую очередь он вернулся на место схватки. Здесь, на выложенной брусчаткой площади с круглым фонтаном, уже не работавшим, ему пришлось сражаться с собственным капитаном – человеком, которому не было равных во владении холодным оружием.
В слабой надежде, что его сабля все еще там, пират осмотрел место поединка. Естественно, оружия там не было и в помине: оно давно стало трофеем для княжеской дружины. Позже обнаружилось, что Джина забрала его саблю сразу и спрятала ее в гостинице на постоялом дворе, где они втроем и жили со многими другими людьми, оставшимися без крова из-за пожара. Посмеиваясь, она отдала пирату его оружие.
-Пират, а такая бестолочь, - сказала она тогда, немало разозлив Альта.
Однажды на пепелище он нашел настоящий драгоценный камень, большой алмаз, крепившийся на серебряную женскую заколку для волос. Украшение никто не заметил и не подобрал, так как оно было полностью покрыто пеплом и гарью. Альт нашел его только потому, что случайно наступил, и заколка хрустнула под его сапогом. Альт машинально сунул заколку в карман, хотя понимал, что сейчас она не имеет никакой ценности.
Когда он выбрался из обгорелых развалин и пошел обратно по улице, его остановил знакомый голос:
-Нашел, что искал?
Пират обернулся и увидел Джину. С холщовым мешком за спиной она сидела на каком-то ящике. Слева от нее стоял покосившийся забор, за которым начинался чей-то заросший сад, хоть и значительно пострадавший от огня. Тем не менее, вся эта красота закрывала Джину с одной стороны, а потому Альт и не заметил ее прежде.
-Ты что, следила за мной? – поинтересовался он.
-Вот еще, - ответила девушка. – Я несколько минут назад пришла. Сижу и отдыхаю.
-Возле пожарища? – с сомнением переспросил пират.
-А почему нет? Я собираюсь посмотреть, может, там осталось чего полезного. Инструменты какие. Не заметил?
-Нет, - сказал Альт.
Развернувшись, он пошел прочь, уверенно петляя среди развалин и мусора. Вскоре он скрылся из виду.
-Вот так штука, - сказала Джина самой себе.
Она бегло осмотрела пепелище, и, не обнаружив ничего интересного, стала возвращаться на постоялый двор.


Сообщение отредактировал Natsubi - Понедельник, 21.01.2013, 23:29
NatsubiДата: Суббота, 22.12.2012, 19:15 | Сообщение # 2
Король баклажанов
По жизни: Пролетарий
Статус: Оффлайн
Вечерело. Дневной гул улегся. Над полуразрушенным Асделлом алел закат, превращая сгоревшие дома и обломки в неведомых чудовищ, а людей – в длинные тени.
В гостинице было шумно. Наступило время ужина, и постояльцы толпились на первом этаже возле деревянной стойки для посетителей. Все столы, которые остались целы после нападения на город, были заняты. Люди собрались, кто поделиться друг с другом новостями, кто отдохнуть в компании знакомых, а кто доесть свой паек перед сном.
Феликс относился именно к последним. Удобно устроившись в уголке, он задумчиво жевал кусок хлеба. Зоркие глазки толстяка выхватывали разные детали происходящего: вот усталая мать с целой оравой детей, а вот трое друзей, которые явно утомились, работая днем, но теперь что-то оживленно обсуждают; а вот старик в шляпе с цепким взглядом, а там – молодая женщина в одиночестве сидит с очень грустным лицом.
Джина сидела на крыльце и затачивала кинжалы. Порой она зорко оглядывалась по сторонам, проверяя, не идет ли ночной патруль.
Альта не было. Он ушел довольно давно, не удосужившись предупредить не то что Джину, но даже Феликса.
Когда окончательно стемнело и большинство постояльцев разошлись по комнатам, Джина поднялась, чтобы уйти, но тут заметила мелькнувший во мгле силуэт по ту сторону улицы. Девушка уловила движение лишь краем глаза, но целую минуту стояла, вглядываясь в ночной мрак.
Разумнее было бы зайти в дом и запереть крепко-накрепко двери и оконные ставни, но Джина была не из тех, кто запирается от волков. Она была из тех, кто сам идет на них.
«Проверю-ка, – подумала она. – Мародеров тут еще каких не хватало».
Вытянув один из кинжалов, она перешла улицу. Свет из окон гостиницы не достигал этой стороны. Джина была далеко не трусихой и умела за себя постоять. Она обошла пару переулков, которые показались ей подозрительными, но никого не увидела и ничего не услышала.
«Возможно, показалось, - решила она, - я ведь устала».
Девушка занесла ногу над покосившимся заборчиком для палисадника и замерла, ощутив холодную сталь у своей шеи.
Клинок был с левой стороны. «Левша», - определила Джина. Свое оружие она, как назло, уже спрятала.
-Что тебе нужно? – спросила девушка.
Незнакомец сделал пару шагов, оказавшись у девушки прямо за спиной. Его сабля теперь находилась у Джины прямо под подбородком.
-Ключи, - шепнул человек Джине на ухо.
-Какие ключи? – спросила Джина, медленно начиная поднимать правую руку к кинжалу на поясе.
-Которые лежат в твоем правом кармане… нет-нет, родная, не пытайся достать оружие. Ты умрешь раньше, чем успеешь схватиться за рукоять.
-Не знаю, какие ключи тебе нужны. Если надо, доставай их сам.
Раздался смех. Лезвие исчезло. Джина, выхватив кинжал, резко развернулась и увидела ухмыляющегося Альта.
-Ты?.. – изумленно выдохнула она. – Так это ты тут играешь в подглядчика?
-Ну и кто из нас бестолочь? – насмешливо поинтересовался пират, игнорируя вопрос. – Тебя провести легко, как ребенка.
-Подкрасться сзади в темноте – тоже мне достижение, - в том же тоне ответила девушка и убрала оружие.
Она развернулась и пошла обратно к гостинице. Альт следовал за ней с саблей в руке.
-Ты разве левша? – спросила его Джина, оборачиваясь к Альту перед самым входом.
Он перебросил оружие в правую руку и обратно.
-Я могу фехтовать обеими руками, - ответил пират.
-Вот как, - сказала Джина и вошла.
Зал на первом этаже почти опустел. Лишь несколько мужчин играли в кости за одним из круглых столов, да Феликс задремал в углу.
Джина пропустила Альта внутрь и заперла дверь на ключ. Повернувшись, она увидела, что Альт подкрадывается к Феликсу с явным намерением напугать толстяка спросонья. С ухмылкой девушка следила за тем, как пират медленно подходит к летописцу. Буквально в паре шагов под альтовым сапогом предательски скрипнула половица. Однако Феликс не проснулся.
Мужчины за одним из столов даже отвлеклись от игры, чтобы понаблюдать за происходящим. Альт поднял саблю и пощекотал ее кончиком подбородок Феликса. Толстяк нахмурился и заерзал во сне. Альту пришлось повторить свое действие еще дважды, прежде чем летописец проснулся и, увидав у себя под носом клинок, воскликнул:
-А! Убивают!
Игроки за столом громко расхохотались. Альт, смеясь, убрал саблю и увернулся от неуклюжего пинка Феликса. Джина хмыкнула.
-Болван! Нельзя так людей пугать! – возмущался Феликс, поднимаясь.
-Так ты не пугайся, - улыбаясь, ответил Альт.
Феликс демонстративно сплюнул в его сторону и, добравшись до лестницы, стал подниматься наверх, продолжая бурчать себе под нос:
-Ну вы подумайте! «Не пугайся»! Это ж надо додуматься!
Альт стал неторопливо подниматься следом. Джина догнала их обоих на лестнице.
-Экий ты шутник, - сказала она Альту. – Это у тебя развлечение такое – людей пугать?
-А что, у тебя проблемы с этим?
Джина, которая шла чуть позади пирата, поравнялась с ним и, не церемонясь, подняла руку и оттянула Альту ухо.
-Это у тебя будут проблемы, если еще что-нибудь подобное выкинешь, - угрожающе произнесла она. – С Феликсом сколько влезет забавляйся, но я следующий раз просто перережу тебе глотку.
Она разжала пальцы и прошла мимо Альта.
-Если успеешь, - сказал он ей вслед, потирая ухо.
-Ты у меня поговори, - отозвалась девушка.
Поднявшись на второй этаж, она догнала Феликса. Толстяк поначалу шарахнулся от нее. Джина успокоила его и что-то сказала. Летописец кивнул. Джина обернулась к Альту, который хотел было пройти мимо них в комнату, и задержала его.
-Погоди, - сказала она. – Ты тоже пойдешь.
Альт только зевнул в ответ и пошел следом за Джиной вместе с Феликсом.
Девушка привела их в довольно просторную комнату. У одной стены там стояла кровать, у другой – два шкафа, один из которых был забит различными бумагами, а другой явно предназначался для одежды. У окна стоял стол и стул.
Джина пропустила пирата и летописца внутрь и заперла за ними дверь. Пока она возилась с замком, Альт по-хозяйски рухнул на кровать, которая оказалась довольно мягкой, и заложил руки за голову.
Феликс зашикал было на него, но пирату, естественно, все это было как об стенку горох. Толстяк только вздохнул.
Джина, заперев дверь, пригласила Феликса сесть на стул. Летописец подчинился, гадая, куда же сядет сама девушка. Джина подошла к кровати и, недолго думая, неделикатно пихнула Альта коленом.
-А ну подвинься, - приказала она.
Альт не стал возражать и подвинулся. Джина села.
«Похоже, они уже нашли общий язык», - с некоторым удивлением подумал Феликс.
-Так, слушайте, - начала говорить девушка. – Альт, не спать! – она снова пихнула пирата. – Из города нам будет выбраться непросто, а поэтому стоит заранее подумать, как мы это сделаем.
-Не понял? – переспросил Альт. – Нам?
-Ты не ослышался, - отозвалась Джина.
-Ты с нами не пойдешь.
-Ты думаешь, что сможешь мне помешать?
-Я не думаю, я знаю.
Джина вздохнула.
-Уговор помнишь? – спросила она. – Ты мне ничего не сказал. Условие не действительно.
-Тем более. Если увяжешься – я тебя убью.
Джина фыркнула.
-Он не шутит, - встрял Феликс и внимательно посмотрел на Джину.
-Не пытайтесь меня запугать, - ответила она. – Я не боюсь тебя, Альт. Ты всего лишь самоуверенный мальчишка.
-А ты – самоуверенная девчонка, надо понимать, - был ответ.
Джина пожала плечами.
-Бессмысленный спор, - сказала она. – Лучше поговорим о том, как можно выбраться из Асделла. Нам нужна либо лодка, либо кони. Ни то, ни другое так просто не достать. Нам придется украсть.
-Вот заладила. «Нам», «нам», - перебил ее Альт. – Ну какого ж черта ты привязалась?
Джина взглянула на него так, что пират понял: она прикидывает, наброситься на него с ножом или нет.
-А такого, - сказала она. – Вместе покинуть Асделл будет проще. Как только мы это сделаем, то сможем разойтись в разные стороны. Только ты, будь так любезен, скажи, куда отплыл Фарадей.
-А, то есть Феликс тебе не сказал?
-Он не знает.
Альт резко сел.
-Знает он, - сказал пират, с усмешкой глядя на девушку.
-Правда? – переспросила она, поднимая брови. – Я сломала ему несколько пальцев на левой руке. Но он клянется, что ни сном, ни духом.
Альт удивленно моргнул. Он не знал, что его поразило больше: то, что Джина сломала летописцу пальцы, или то, как спокойно она это сказала. Или же то, что Феликс ни словом не обмолвился.
-Ты почему молчал? – спросил пират у толстяка.
-А ты что, волшебник? Сможешь одним махом залечить переломы?
Альт промолчал.
-Ну так что? – спросила Джина. – Согласен, нет?
Альт мрачно взглянул на нее. Настырную девчонку вряд ли удастся переубедить. Ну, зато бросить ее можно будет в любой момент. Главное, чтобы она была уверена: все пляшут под ее дудку.
-Ну ладно, - сказал пират. – Но ты скроешься с глаз моих, как только мы покинем город.
-Так а я о чем, - ответила Джина. – Договорились.
Пару мгновений они с Альтом глядели друг на друга, словно волки, готовые вцепиться друг другу в глотку.
-Я прикончу тебя, если увяжешься, - сказал пират.
-Незачем повторять, я не страдаю провалами в памяти, - отозвалась Джина.
Феликс кашлянул.
-Прекращайте ругаться, - сказал он. – Давайте лучше о более важных вещах поговорим.
-ну хоть кто-то здесь мыслит здраво, - проговорила Джина. – Ладно. Вот я что я предлагаю. Лодку украсть проще, но на ней сложно будет преодолеть Северное море. Вам, как мореходам, должно быть известно, что Белый полуостров трудно обогнуть.
Феликс кивнул.
-Вот что я предлагаю, - продолжала Джина, - украдем коней.
-Они все конфискованы, - сказал Альт.
-Я знаю. Но украсть пару-тройку все же можно. В обед, когда работы в городе приостанавливаются, все уходят на продовольственный пункт. Охрана на рабочем объекте несерьезная, так как воинов после налета осталось мало.
-Тогда чего обсуждать? Крадем коней, и дело с концом, - сказал Альт. – Дождемся нужного времени, да и все.
-Нет, не все, - возразила Джина. – Сейчас все они находятся в княжеской конюшне. Захватить мы их сможем, только когда их выведут днем на работы. Слушайте внимательно и запоминайте. Обеденный перерыв – с часу до двух. Лошадей оставляют на привязи возле места работы, охрана – слабая, не более трех воинов. Сразу трех коней мы сможем найти только на северо-востоке, там, где больше всего разрушений. Я уже присмотрела место, где можно устроить засаду. Вы придете туда заранее, ночью, а я – утром. После работы я уйду с остальными за пайком, но брать его не буду и под каким-нибудь предлогом вернусь.
-Проблема в том, как мы попадем за город, - проговорил Феликс. – Вряд ли перед нами с радостью отворят ворота.
-Уйдем через порт, - сказал Альт. – Стена там начисто разрушена.
-Там такие завалы, что даже горная лань не пройдет, - скептически отозвалась на это предложение Джина.
-Есть идеи получше? – спросил Альт.
Идей не было. После недолгого молчания Джина сказала:
-Завтра пойдете со мной. Я покажу место. Послезавтра – мы уходим.
-Лихо ты тут раскомандовалась, - лениво проговорил Альт.
-У тебя проблемы с этим? – отозвалась девушка, передразнивая его.
-У тебя будут проблемы, если станешь мне указывать.
Джина фыркнула.
-Пошевели мозгами, дурень. Я, по-твоему, для чего тут распинаюсь? Есть предложения – говори. Может, ты знаешь тайный ход, по которому мы сможем уйти? Или смастеришь нам крылья?
Альт вздохнул.
-Ты действуешь мне на нервы, женщина.
-А ты мне, и что дальше?
-Заткнитесь вы уже, - не выдержал Феликс. – Будете тут до утра препираться.
Джина забралась на кровать с ногами и заявила, указав на Альта:
-Сейчас он спросит, есть ли у тебя проблемы с этим.
Феликс захихикал. Шутка пришлась ему по вкусу.
-Если это все, то вы свободны, - сказал Альт, отворачиваясь носом к стене. – Я спать.
-Вообще-то, это моя кровать, - сказала Джина.
-На ней что, написано, что она твоя?
-С каких это пор мебель надо подписывать?
-Ну и все. Гуляй, красавица.
Наступило недолгое молчание.
-Один-один, - нарушил его Феликс.
-Очень смешно, - произнесла Джина. – Альт, убирайся немедленно.
-Или что?
-Или я тебе вторую дырку в боку проделаю.
-Боюсь-боюсь, - ответил пират. Голос его звучал глухо.
Джина глубоко вздохнула и встала. Феликс внимательно следил, не потянется ли девушка к кинжалам, но она решила обойтись без них. Она встала ногами на кровать и принялась пинками сталкивать Альта на пол.
-Тебе жить надоело? – хладнокровно поинтересовался пират.
-Я тебя по-хорошему попросила убраться. Ты не понимаешь слов, судя по всему.
Альт схватил ее за лодыжку правой ноги и сел.
-Да ухожу я, ухожу, - устало сказал он. – Ненормальная.
-Ногу пусти.
Альт послушно отпустил и поднялся. Джина сошла на пол следом за ним и, босыми ногами пройдя по полу, отворила дверь.
-Вставать придется на заре, - сказала она напоследок. – Советую вам самим подняться. Или я приду вас будить.
-Это угроза? – вопросил Альт, уходя. – Снова придешь обливать меня водой?
-Если тебе этого так хочется, - услышал он в ответ.
Дверь за ними захлопнулась.
Пока они шли до своей комнаты, Феликс сказал:
-Интересная девчушка, правда?
-Крайне, - саркастически отозвался Альт.

На следующий день Джина привела Альта и Феликса на предполагаемое место их засады. Это оказалась полуразрушенная конюшня. Лошадей оттуда давно всех увели, но на чердаке было полно свободного места и сухой травы – то, что было необходимо для ночлега на один раз.
-Здесь, - сказала Джина. – Близко, удобно, и никто не заметит. – Надеюсь, порядок наших действий повторять не надо?
Альт промолчал, поэтому ответил Феликс:
-Нет.
Пират, рассматривая здание, сказал:
-Если ты, старый жирдяй, будешь отставать, тебя никто ждать не станет.
-Молчи, - отозвался летописец.
Джина ушла. Альт с Феликсом вернулись в гостиницу и принялись собирать вещи и провизию в дорогу. Колодезная вода, сухари и по паре яблок на нос, которые были предусмотрительно украдены Альтом из ближайшего фруктового сада.
Из шерстяных одеял они смастерили себе нехитрые плащи – чтобы не замерзнуть, ночуя на открытом воздухе в дороге. Феликс проверил, с собой ли его внушительной толщины записная книжица и чернильный карандаш – толстяк никогда не изменял своей привычке и старательно делал хронику всего значительного, что происходило вокруг. Кроме того, эта книжица содержала множество полезных записей о целебных травах, способах ориентирования на местности и даже заметки о кое-каких опасных тварях, которые могли повстречаться в разных краях Антарии и архипелагов Тиамат.
У Альта из вещей была только его сабля, и на сборы ему особо много времени не требовалось. Пират, собрав мешок в дорогу, отправился на поиски карты Селера. Из города можно было уйти только через лес, который тянулся на много, много верст, и об этом лесе ходили не самые хорошие слухи. Через него вело две дороги – по одной, главной, все и ездили, но она была почти в два раза длиннее короткого пути до столицы соседнего государства. Этот прямой путь был проложен намного раньше, но по нему давно никто не ходил – люди пропадали в той стороне. Уже много лет никто не возвращался из той части леса, куда вела мощеная белыми древними плитами дорога.
Альту эти байки были абсолютно безразличны, кроме того, он рассудил, что вряд ли им удастся скрыться по главной дороге. Рано или поздно придется с нее свернуть, а потому была необходима карта Полесья.
С наступлением вечера постоялый двор вновь наполнился гулом. Альт, к удивлению Феликса, вернулся раньше Джины. Ухмыляясь с довольным видом, пират показал летописцу свернутую в трубочку карту.
Эту карту ему прямо на месте нарисовал местный картограф. Альт наплел ему, будто «он и его друзья прибыли в Асделл помогать в общественных работах, но теперь им нужно вернуться к своим семьям в Волынь». Картограф проникся этой историей и за полчаса набросал довольно точную схему дорог, соединяющих Селер и Волынь, соседнее княжество.
-Я нарисую вам и эту проклятую дорогу, - говорил он при этом, - чтобы вы по ошибке туда не свернули. Впрочем, я думаю, вы ее и так узнаете. Ни в коем случае не вздумайте по ней идти! Оттуда никто не вернулся.
Альт только кивал да поддакивал, уверяя, что они будут держаться главного тракта и медленно, но верно доберутся до своей «родины».
Феликс, разглядывая карту, с изумлением вопросил:
-И как тебе это удается?
-Что именно?
-Так лихо обманывать людей, - сказал летописец, сворачивая карту в трубочку.
-Это несложно. Люди глупы, и почти всегда предпочитают не смотреть дальше собственного носа. Им так живется спокойнее.
Феликс хмыкнул и протянул ему карту. Альт спрятал ее за пазуху и спросил:
-Ну что, пойдем?
-Подождем немного. Джина еще не вернулась, да и слишком светло пока.
Альт пожал плечами. В одиночку он легко бы ушел прямо сейчас, но ему было все равно.
Джины все не было. Альт успел задремать, а Феликс то и дело с беспокойством поглядывал в окно. Ему совсем не нравилось, что девушка задерживается.
Когда на город опустились густые сумерки, Джина наконец вернулась. Феликс увидел ее из окна и вышел в коридор, чтобы встретить.
Девушка вошла и закрыла за собой двери, нарочно погремев ключами, словно запирая замок. Поднималась она по лестнице довольно медленно, словно очень устала.
-Где ты так долго была? – спросил ее Феликс.
-Нигде, - не глядя на него, ответила она.
Летописец надулся.
-Еще одна грубиянка, - пробурчал он.
Джина остановилась. Щеки ее порозовели, глаза блестели. Она тяжело дышала.
-Надеюсь, ты не убегала от ночного патруля, - сказал летописец.
-Нет, - с улыбкой ответила девушка. – Это неважно. Вы можете выходить. Дверь открыта. Не заблудитесь там в темноте. Освещения сейчас почти нигде нет.
-Это понятно, - вздохнул Феликс. – Хорошо. Встретимся утром.
Джина кивнула и прошла дальше по коридору к своей комнате. Толстяк вернулся к Альту и разбудил его.
Оба без лишних слов собрались и тихо ушли. На постоялом дворе их никто не заметил.

Ночь в конюшне после относительно мягких постелей гостиницы и одеял показалась привычным к лишениям Альту и Феликсу не слишком приятной. Однако выспаться им не удалось по другой причине – утром обоих разбудил сильный гвалт, который воцарился на улице с прибытием посадских и горожан.
Феликс полежал некоторое время, слушая голоса, а потом спросил:
-Альт, ты спишь?
-Ага, как же. Такой шум и мертвого разбудит, - раздалось в ответ.
Летописец вздохнул.
-Ну, хоть погляжу, что там происходит, - сказал он.
Кряхтя, толстяк поднялся и подошел к маленькому окошку с покосившейся ставней.
Прямо перед конюшней было настоящее столпотворение. Собравшихся людей распределяли по секторам, но двигалось это дело довольно медленно, и собралась очередь.
Феликс принялся выискивать в толпе Джину. Вскоре он заметил ее. Она была в первых рядах, и ее вот-вот должны были отправить в один из рабочих секторов. Летописец лениво наблюдал, как она, влекомая толпой, подходит к кордону из дружинников, сдерживавших народ. Там на возвышении стоял ответственный за общественные работы десятник со списком в руках.
Вдруг из-за спин воинов появился какой-то человек. Он пробился к десятнику и что-то сказал ему. При этом он показывал на кого-то рукой. Феликс из любопытства проследил, на кого он указывал, и оторопел.
-Держите ее! – вдруг взревел десятник. – Ее! Девушку в синем платье!
-Что за… - изумленно выдохнул Феликс.
Они оба показывали на Джину. Народ засуетился. Джина обеспокоенно вертела головой, не понимая, что происходит, однако, когда кто-то попытался ее схватить, она рванулась прочь.
-Черт возьми!.. – выругался Феликс. – Альт! Вставай! Ее сейчас сцапают!
-Что? – лениво отозвался пират. – Кого? Эту девчонку?
-Ну а кого еще!
-А мне-то что?
-Чтоб ты провалился! Я ведь не шучу!
-Да мне все равно.
Феликс нарастающим ужасом наблюдал, как дружинники настигают Джину. Если бы она не была так близко к кордону, то сумела бы сбежать. Но сейчас у нее не было шанса.
Когда воины окружили ее и схватили, Феликс почти крикнул:
-Альт!
-Да что?
-Я все-таки думаю, что мы должны что-то сделать!
-Зачем? Украдем коней и без ее помощи, - отозвался пират. – Одной проблемой меньше, чего ты раскудахтался?
-Ты мелкий ублюдок! – заявил Феликс.
Альт промолчал.
И тут посреди общего шума и гама раздался звонкий девичий голос. Этот голос принадлежал Джине, и она прокричала то, что заставило Альта вскочить на ноги.
-Эй, Альт! Ты слышишь меня? Я знаю, ты где-то здесь! Фарадей вернется! Он не нашел, что искал! Знаешь, почему? Потому что я нашла это раньше него!
По толпе прокатился рокот.
-О чем она говорит?
-Понятия не имею, но то, что она упомянула Фарадея, мне определенно не нравится…
-Мне тоже…
Один из воинов грубо толкнул девушку.
-Молчать! – рявкнул он. – Ты арестована! Говорить будешь на суде! А твоего дружка мы сейчас найдем!
Альт переглянулся с Феликсом. Толстяк присел под окошком.
-Надо уходить, - сказал Альт.
Феликс покачал головой.
-Она не выдала нас, - сказал он. – Я видел. Она нарочно в другую сторону смотрела и кричала.
-Ты понял? Что она сказала.
Немного помолчав, Феликс ответил:
-Дурак бы не понял.
Альт провел ладонью по лицу.
-Вот лиса, - проговорил он. – До последнего молчала.
-Поэтому ее и не было так долго вчера, - сказал Феликс, отползая от окна и поднимаясь.
Альт наоборот, подобрался к окну и осторожно выглянул. Княжеские воины обыскивали здание напротив – это была какая-то крупная мастерская. Слышался металлический грохот, бряцанье оружия и топот ног. Альт терпеливо ждал, пока дружинники покинут здание. Им явно было неохота обыскивать все постройки поблизости, поэтому они доложили начальству, что «сообщник, вероятно, сбежал».
«Вот тупицы, - подумал Альт, - с чего они решили, что я сообщник? В ее словах вообще нет ничего, что бы на это указывало».
-Нам придется ее вытащить, - сказал Феликс.
-Придется, - мрачно согласился Альт. – Я лично придушу эту девчонку. Ни от одной женщины столько проблем не видал.
-Однако одна вещь не может не радовать, - сказал Феликс с улыбкой. – Фарадей так и не нашел то, ради чего обогнул полмира.
-Он скоро вернется, - ответил Альт. – Возможно, быстрее, чем мы думаем.
Он уселся на груду соломы и призадумался.
-Есть идеи? – спросил он летописца после недолгого молчания.
-Только одна. Устроим переполох на суде.
-Ну, одно дело – переполох устроить, а другое – сбежать оттуда. Стражи будет много. Нужен продуманный план.
-Сообщники бы нам не помешали, - вздохнул Феликс.
Альт выпрямился.
-Точно, - сказал он. – Деньги. Мы заплатим воинам.
-Тогда не проще ли заплатить тюремщику?
-Возможно. Но они знают, что за ней кто-то придет. Скорее всего, угодим в ловушку.
-Ну, как знаешь. Мое дело предложить.
-Посиди здесь и пораскинь мозгами, как нам ее вытащить. А я пойду выкуп добывать.
-Удачи, - сказал Феликс.
NatsubiДата: Понедельник, 21.01.2013, 23:27 | Сообщение # 3
Король баклажанов
По жизни: Пролетарий
Статус: Оффлайн
Глава 2


Над Асделлом завис жаркий полдень дайлета-месяца. Люди разошлись на обед, работы были временно остановлены.
На площади перед княжеским дворцом собралась толпа из тех, кто предпочел смотреть на казнь государственной преступницы своему свободному от труда времени.
Сам светлый князь селерский Иловай был тут. В окружении своих верных воинов стоял он на широком балконе своего белокаменного дворца, чьи золоченые шпили нестерпимо сверкали в лучах яркого солнца. На голове князя блестела полоска короны, а с плеч его падала изумрудного цвета мантия.
На мощеной площади был сооружен высокий деревянный помост. На помосте находились три человека: скованная по рукам и ногам Джина, палач с топором наперевес и княжеский глашатай, который зачитывал приговор:
-Повелением великого князя Иловая, владыки всея Селера, эта женщина признана виновной! Из самой княжеской библиотеки она похитила ценнейшую вещь в государстве, Ларец Пути! Это преступление приравнивается к государственной измене и карается изгнанием! Кроме этого, за воровство князь повелел отсечь преступнице обе руки!
Среди толпы прокатился сначала вздох изумления, а затем недовольный ропот. Люди были изумлены и напуганы, что такая безобидная с виду девушка ограбила столичную библиотеку, да и не просто ограбила, а стащила артефакт.
-С ума сойти, - вздыхали женщины.
-Вот чертовка, - с удивлением переговаривались мужчины.
Глашатай тем временем продолжал:
-Посему приговаривается эта преступница к отсечению!
Он повернулся к палачу и выкрикнул:
-Отрубить ей обе руки!
По толпе снова прокатился рокот. Одним показалось, что это слишком, а другие, наоборот, жаждали большей крови:
-Сразу две… это страшно…
-Что толку руки рубить! Голову ей снести, чтоб неповадно было!
-Да! Изменнику – смерть!
Глашатай обернулся к людям и взревел:
-Молчааать! Таково было повеление нашего милосердного князя!
Люди продолжали роптать еще некоторое время, но запальчивых выкриков больше не последовало: на площади присутствовало не меньше сотни княжеских дружинников, которые быстро расправились бы с недовольными.
Палач закинул топор на плечо. Обернувшись назад, он одной могучей рукой схватил деревянного козла, стоявшего за его спиной, и поставил его перед Джиной. Перекладина состояла из цельного толстого бревна, которое и предназначалось для подобных казней.
Действовал палач меланхолично, движения его были отточены многими годами привычки. Дернув Джину за цепь кандалов на руках, он заставил ее положить оба локтя на бревно.
-Сиди и не дергайся, - сказал он девушке. – Иначе с одного раза не выйдет.
Джина сглотнула. Она в который раз обвела глазами толпу, надеясь увидеть знакомые лица Альта или Феликса. Ей было все равно, кого узнать среди остальных: все одно, это значило бы, что на помощь придут.
«Ну где же они? – подумала она, ощущая, как внутри, словно волна девятого вала, поднимается отчаяние. – Неужели ушли? Я просчиталась? Им не нужна эта штука?..».
Палач замахнулся. Джина видела его боковым зрением, но смотреть на него прямо ей совсем не хотелось.
«Вот и все, - пронеслось у нее в голове. – Попрощайся с прежней жизнью. Если только от потери крови или болевого шока не помрешь».
Лезвие понеслось вниз. Джина зажмурилась, и в это же мгновение на той стороне площади показался всадник, который прокричал:
-Тревога! Пираты! Пираты вернулись!
Это был знакомый Джине голос, и она распахнула глаза.
В ответ гонцу прокатился испуганный гул толпы. Всадник направил своего коня прямо к помосту, и люди расступались перед ним. Князь на балконе своего дворца вскочил с резного кресла, и дружинники недоуменно переглядывались между собой, но лезвие топора уже нельзя было остановить.
Оно свистнуло перед лицом Джины и со звоном разрубило оковы на ее руках. Она вздрогнула, а мгновением позже увидела перед собой лицо своего палача, который, страшно тараща глаза, прошипел:
-Беги! Быстрее, или мы оба покойники!
-Но мои ноги…
Всадник был совсем близко к помосту. Палач схватил Джину поперек туловища и швырнул ее прямо в толпу. Бросок был такой силы, что девушка угодила прямиком в объятия всадника, который находился за кордоном из воинов, окружавшим помост.
Конь повернулся и встал на дыбы, разгоняя перед собой народ. Люди расступались перед ним и смыкались позади, словно волны вокруг корабля.
-Задержите их! Это ложь! Если бы пираты вернулись, звучал бы сигнальный колокол! – раздался крик сотника.
Но слушали его только дружинники, которые с трудом пробивались следом за всадником через волнующееся море толпы.
У страха глаза велики, и напуганные люди не собирались внимать голосу разума, их вел инстинкт самосохранения: они стремились скорее покинуть площадь, а после – и вовсе бежать из города. Народ толкался, кто-то падал, кого-то давили, и все кричали от ужаса. Слишком свежи были воспоминания о недавнем набеге, когда морские разбойники под предводительством Фарадея вырезали полнаселения города.
Люди стремительно покидали площадь, но белый конь беспощадно расталкивал их на своем пути, все ближе пробираясь к большой арке, которая вела на главную городскую улицу.
У этой арки беглецов и настиг один из княжеских воинов, которому не повезло пробиться сквозь толпу быстрее всех и встретиться с альтовым клинком.
Альт – а это был, несомненно, он, - оказался невероятно искусным фехтовальщиком. Джина уже видела, как он сражается, прежде, но и сейчас изумление, смешанное с восхищением, охватило ее.
Пират в два приема заколол княжеского воина. Джина даже не поняла, как он это сделал: движения были быстрыми, легкими и точными, словно пират не дрался, а дирижировал.
Подбежал палач. За ним гнались дружинники. Их становилось все больше, и Альт понял, что если они сейчас же не пробьются через толпу, то все трое обречены.
Арочный проход освободился, но главная улица все еще была запружена народом. Белый конь проскакал под аркой и резко свернул в один из ближайших переулков.
Ввиду близости от княжеского дворца все улочки окрестного района были расчищены. Альт вел коня среди этих закоулков так, словно знал каждый переулок. Княжеские воины отстали, но и могучий палач тоже.
-Мы что, бросим его? – спросила Джина.
-Хочешь вернуться? – ответил Альт.
Девушка поняла, что с ним бессмысленно разговаривать на эту тему.
На очередном повороте она остановила Альта, когда он хотел свернуть:
-Нет! Там тупик!
-С чего ты взяла?
-Ты совсем недалекий? Я живу в этом городе!
Альт не стал спорить.
Они повернули в другую сторону. На коне было неудобно петлять по узким улочкам и задворкам, но зато здесь, в лабиринте закоулок, они легко потерялись для погони.
-Куда ты подевала ларец, женщина? – поинтересовался Альт, когда они свернули в очередной переулок.
-Туда, где его не будут искать, - ответила Джина.
-Ну?
-На кладбище.
-Вот как. Не боишься тревожить мертвых?
-Это просто кости, которые лежат под землей.
Альт остановил коня.
-В чем дело? – спросила Джина. – Нужно быстрее отсюда убираться. Район возьмут в оцепление, и тогда мы точно не уйдем.
-Умолкни. Я думаю, как нам быстрее добраться до кладбища и при этом остаться незамеченными.
Некоторое время Альт размышлял, а затем, тронув поводья, заставил лошадь двигаться дальше. Через пару минут они выехали к неглубокому ручью, который, пронизывая город насквозь, впадал в море на другом конце Асделла.
По обе стороны ручья стояли, подступая довольно близко к крутым берегам, дома. Улица, по которой ручей протекал, выходила на центральную мостовую, ведущую от дворцовой площади к порту. Они пересекались почти перпендикулярно.
До главной улицы, все еще кишащей людьми, оставалось меньше половины квартала. Альт тронул поводья коня, и лошадь спустилась в воду, которая даже не коснулась ног ездоков.
Всадники незамеченными добрались до каменного моста, перекинутого через ручей.
-Ты едешь так уверенно, будто знаешь, где здесь кладбище, - сказала Джина.
-В той стороне видны храмовые шпили. Значит, и кладбище там, - был ответ.
Мост остался позади. Альту безумно хотелось хлестнуть лошадь и пустить ее вскачь, но он понимал, что плеск воды только привлечет внимание. Пока они едут тихо, остается шанс, что взволнованная толпа просто-напросто их не заметит.
Однако удача – вещь изменчивая. Не успели всадники добраться до ближайшего поворота ручья, за которым можно было скрыться, как их обнаружили. Через мост как раз проходил отряд дружинников.
-Эй! – раздался крик. – Эй! Вы, там, на лошади! Стоять!
Альт даже не стал оборачиваться. Услышав первое «эй!», он немедленно ударил коня пятками по бокам. Лошадь, всхрапнув, пустилась галопом. Копыта ее взметнули тучи брызг.
Выскочив на берег чуть выше по течению, конь помчался дальше по улицам. Погони пока было не видать, но это еще ни о чем не говорило.
Но вот, наконец, и храм. Точнее, это было обычное святилище усопших – сложенная из камня квадратная башня с остроконечной черепичной крышей, на которой красовалось пять тонких позолоченных шпилей, увенчанных символами пяти стихий. В подобном маленьком и скромном храме не было даже жрецов – только сторож, который с восходом солнца открывал двери, а с заходом – запирал. Между этим святилищем и внешней городской стеной и располагалось кладбище. Огороженное кованым забором, оно было узким и длинным.
Ворота были открыты. Всадники въехали на кладбищенскую землю и остановились.
Перед их глазами белели совершенно одинаковые могилы: врытые в землю прямоугольные плиты из песчаника. Отличить их было можно только по надгробным надписям, и Джине, когда она прятала Ларец Пути, пришлось просто-напросто посчитать могилы.
Сейчас делать это было не нужно. Девушка запомнила цифры, как запоминают число поворотов в лабиринте.
-Второй ряд, десять прямо, три налево, - уверенно сказала она, показывая рукой.
Альт тронул конские поводья. Лошадь покорно зашагала меж белых плит. В нужном месте всадники повернули и остановились. Альт спешился.
-Глубоко он зарыт?
-Нет. Легко откопаешь руками. Справа.
-Вот черт. Там лопаты, случайно, не было?..
Альт с надеждой вгляделся в сторону святилища, уповая на то, что где-нибудь у ее стены оставили прислоненной лопату. Но увы.
Опустившись на колени, пират стал быстро раскапывать руками землю справа от плиты. Долго трудиться ему не пришлось: пальцы нащупали что-то мягкое. Альт раскопал предмет и вытащил из вырытой им ямки небольшой кожаный чехол. В чехле лежало нечто круглой, как медальон, формы.
Пират поднялся и протянул Джине измазанный землей чехол.
-Ну и? - сказал он. - Это не ларец.
-Это он, он, - заверила его девушка, хватая чехол и заталкивая его в карман. – Поедем скорее. Хотя я даже не знаю, как мы теперь выйдем из го…
-Это еще кто там? – перебил ее Альт. – Всадник какой-то…
-Что? Где?
-Смотри, за святилищем.
Джина пригляделась. Но не успела она что-либо сказать, как Альт крикнул:
-Феликс!
Летописец уже спешил к ним. Он ехал на лошади, а вторую вел за собой под уздцы. Удивленные Джина с Альтом смотрели, как толстяк приближается.
-Не поверите! – закричал он издалека. – Он правда вернулся!
-Как ты нас нашел? – с подозрительным удивлением поинтересовался Альт, не слушая толстяка.
Феликс взглянул на него, словно на юродивого.
-Давай потом это обсудим, не возражаешь? – летописец бросил Альту прямо в руки поводья коня. – Садись на лошадь! Здесь с минуты на минуту будут дружинники!
Альт не стал спорить. Вскочив на коня, он последовал за своими спутниками к кладбищенским воротам.
Но до ворот беглецы добраться не успели. Словно по велению судьбы, которая свела всех троих вместе в этом городе, случилось то, что обычно называют невероятным везением, счастливой случайностью. Не будь ее, то не выбраться бы всем троим из Асделла и не пересекать океан на одном из самых быстрых кораблей Антарии, а сидеть в сырой темнице дворца князя Селера.
Раздался оглушающий грохот, от которого у беглецов заложило уши. В воздух поднялся огромный столб каменной пыли. Всадники остановили лошадей и закашлялись, с изумлением всматриваясь в белые пыльные клубы.
Глазам их открылась невероятная картина: городская стена прямо по ту сторону кладбища рухнула. Рухнула и открыла путь на свободу. Какая-то страшная сила обрушилась на Асделл, снеся многовековую каменную кладку.
-Это Фарадей! – крикнул Феликс, прикрывая лицо рукавом. – Они стреляют прямо с корабля из катапульты!
Альт ощутил торжествующее злорадство. Сам того не желая, Фарадей собственными руками выпустил их из клетки, добровольно упустил из рук то, за чем так гнался. Однако злорадство быстро сменилось другим чувством. Альт предпочел бы немедленно сразиться с Фарадеем, но он понимал, что это бессмысленно. Выстоять против капитана «Буревестника» не может никто, и он уже проверил это на своей шкуре. Фарадей – искуснейший фехтовальщик среди пиратов. Он зарубил всех, кто вступал в поединок с ним.
Не медля ни секунды, беглецы преодолели огромную брешь в стене и помчались прочь от города, над которым то тут, то там вздымались клубы каменной пыли от рушащихся зданий. Фарадей безжалостно уничтожал столицу Селера. Он готов был сровнять с землей целый город и оставить его жителей погребенными под завалами, чтобы достать Ларец Пути.
Беглецы покинули Асделл. Путь их лежал на юг, через Полесье, и дальше, по равнинам Волыни, к великой морской крепости Тиор, которая стояла на западном побережье Антарии.
Кони резво мчались вперед, оставляя позади версты леса, который незаметно превратился в зеленую чащу, тесно подступающую к тракту. В ушах у беглецов звучал только звон подков да свист ветра, а перед глазами проносились булыжники дороги, синяя полоса неба и зелень леса.
Полдень и летняя жара остались далеко позади, а вот о преследователях трудно было что-то сказать: как долго они будут преследовать, и гонятся ли они вообще?
Беглецы несколько раз останавливались у ручьев, которые пересекали дорогу, чтобы дать своим лошадям немного отдохнуть и напиться, а затем снова скакали вперед.
Так длилось час, два, больше. Стало вечереть. Воздух остыл, и встречный ветер обдавал прохладой.
Альт ехал первым. Джина – за ним, и Феликс был последним. Когда солнце окончательно скрылось за деревьями, но еще не стало совсем темно, всадники остановились у небольшого каменного моста, перекинутого через маленькую речушку. Скорее, это был большой ручей; воды в нем было не больше, чем по колено.
Альт обернулся к своим спутникам.
-Пойдем по течению, - сказал он.
Джина с сомнением ответила:
-Не уверена, хорошая ли это затея. Этот ручей течет прямиком в сторону гиблых земель, где люди пропадают.
-А тебя и не спрашивают, – заявил Альт. – Мы договаривались, что ты пойдешь своей дорогой.
-Ларец Пути-то у меня, - ответила Джина.
-Поэтому ты все еще здесь, - отрезал пират и продолжил. - У нас нет выбора. Идти в другую сторону не имеет смысла, а гнать коней целые сутки мы не можем. Дальше на дороге мы можем повстречать гонцов из других княжеств. Ведь князь наверняка подал прошение о помощи своим соседям.
-Лично я согласен с Джиной, - подал голос Феликс. – Мы не знаем, что нас там ждет. Заблудимся, сгинем, или тварь какую повстречаем.
Альт вздохнул.
-Ты никогда не изменишься, - сказал он. – Столько всего повидал, а до сих пор боишься.
-С другой стороны, - продолжила Джина, – если поедем дальше по дороге, столкнемся точно с кем-нибудь. Лучше свернуть тут, так хоть следы наши смоет.
-В таком случае, - сказал Альт, - не подскажет ли нам ларец дорогу?
-У нас нет на это времени. Воспользуемся им, когда оторвемся от погони.
-Тогда быстрее, - сказал Альт, пуская своего коня в воду. Раздался плеск.
И он скрылся в сумерках за густым кустарником. Джина и Феликс последовали за ним.
Они ехали по ручью до глубокой ночи. Лес накрыл густой мрак, взошла луна, а усталые беглецы все пробирались через чащу, следуя течению маленькой речушки.
Джине до рези в глазах надоел силуэт Альта, который маячил впереди. У нее ужасно затекли ноги и руки. Сидела она в очень неудобной позе, боком, так как со скованными ногами ехать, как обычный всадник, она не могла. Спина ныла, и девушка то и дело потягивалась, чтобы хоть как-то размяться.
Феликс, который ехал позади, и вовсе уснул, хотя с коня ему повезло не свалиться. Он дремал, временами просыпаясь, когда его лошадь резко останавливалась или всхрапывала.
Наконец путникам попалась небольшая поляна, на которой можно было остановиться на ночлег. Альт с Феликсом привязали своих лошадей и тут же завалились спать на мягком мху, а вот Джине пришлось долго возиться в темноте, ковыряя ножом замок кандалов, пока они, наконец, не упали с ее ног и запястий.
В тех местах, где металлические обручи обхватывали ноги и руки, кожа покраснела и саднила. Джина села на берегу ручья и долго держала воспаленные места под водой – так долго, что чуть не уснула, хотя вода в ручье была довольно холодной.

Следующим утром Альт проснулся раньше всех. Разбудила его на удивление голосистая птаха, которая уселась на ветку дерева прямо у пирата над головой и выводила свою утреннюю руладу так громко, как могла.
Альт проснулся и перевернулся на спину. Птица, спугнутая резким движением, смолкла и улетела, однако вскоре ее голосок послышался неподалеку.
«Поэтому и ненавижу ночевать в лесу», - мрачно подумал Альт и встал.
Хорошенько потянувшись, чтобы размять затекшую спину и шею, пират направился к ручью, чтобы умыться. Там он обнаружил Джину, которая спала, подтянув колени к животу и прислонившись спиной к поросшему мхом дереву.
Солнечные лучи, пробивавшиеся сквозь листву, падали ей прямо на лицо, но она спала очень крепко, сильно устав накануне. На ее щеках лежали длинные тени от ресниц.
«Чего это она тут устроилась? – с удивлением подумал Альт, умываясь. – Неужели караулила ночью?..».
Как оказалось, он был прав. Джину пришлось будить, так как она не проснулась, даже когда Альт с Феликсом стали разговаривать в полный голос.
Она с трудом открыла глаза и мутным взглядом обвела своих спутников.
-Хвост русалки мне в зубы, - проговорил Феликс, присаживаясь рядом с девушкой на корточки, - да ты с ума сошла. Дежурила?
Джина зевнула.
-Ну вы же захрапели, стоило только улечься, - сказала она.
-Можно подумать, тебя кто-то просил, - сказал Альт.
-Тебя не спрашивали, сиди и помалкивай, - огрызнулась девушка.
Феликс плюхнулся на мягкий мох.
-Давай ты пока умывайся, - сказал он, - да перекуси чего-нибудь. А мы тут карту посмотрим…
Находились они не так уж далеко от Асделла, но сильно в стороне от главной дороги.
-Лихо мы на запад забрали, - сказал Альт, рассматривая карту. – Надо попробовать идти параллельно тракту, выйдем на юге, только западнее основной дороги. Ну и вроде как и в гиблый лес не забредем.
-Не знаю, получится ли, - ответил Феликс, - тут вон какая чаща. С лошадьми не пройти.
-Попробуем, - сказал Альт.
-Как скажешь, - согласился миролюбивый Феликс. Он как никто другой знал, что спорить с пиратом все равно, что пытаться расплавить золото в костре.
Альт свернул карту и поднялся. Обернувшись к Джине, которая стояла неподалеку и ела яблоко, он спросил ее:
-Ну, а ларец нам что-нибудь скажет?
-Что-нибудь скажет, - сказала Джина и с хрустом откусила еще кусочек.
-Тогда пошевеливайся, - приказал пират, - и открой его.
Мгновением спустя он получил недоеденным яблоком по затылку.
-Ты нарываешься, - угрожающе проговорил Альт, одаривая Джину убийственным взглядом.
-Ой, боюсь, - ответила та. – Лучше подойди-ка сюда. Я твою рану посмотрю.
-Нет надобности.
-Нет, есть. Это тебе не царапина какая-нибудь. От такой скачки, что была вчера, могло только хуже стать.
-Я сказал, оставь меня в покое, женщина.
Джина смерила его скептическим взглядом.
-Как хочешь, - сказала она. – Только потом не жалуйся. Я не буду тебя лечить.
-Больно надо.
-Ты так надоел, - протянула девушка, роясь в своей сумке. – Всегда за тобой последнее слово, да?
-Ты надоела мне не меньше.
Феликс шумно вздохнул.
-Вы мне оба своими препираниями надоели! – заявил он. – Заткнитесь.
Молодые люди не стали спорить. Джина, пошарив рукой в сумке, извлекла на свет небольшой кожаный мешочек.
-На ларец не слишком-то похоже, - заметил Феликс.
Джина улыбнулась и вытряхнула на ладонь содержимое чехла.
-Потому что на самом деле это не ларец, - сказала она.
Альт с Феликсом увидели у нее в руке металлический медальон на цепочке. Джина протянула руку, показывая спутникам предмет.
-Компас? – удивился Альт.
-И ты знаешь, как он работает? – спросил летописец.
-Без понятия, - ответила девушка. – Будем надеяться, что каких-нибудь заклятий для него не нужно.
Феликс ничего на это не сказал.


Сообщение отредактировал Natsubi - Понедельник, 21.01.2013, 23:28
NatsubiДата: Понедельник, 21.01.2013, 23:28 | Сообщение # 4
Король баклажанов
По жизни: Пролетарий
Статус: Оффлайн
-Тогда давай сюда эту штуку, - нарушил молчание Альт.
Джина повесила медальон себе на шею и ответила:
-Нет. Ларец мой.
-Мы договаривались, что разойдемся. Отдай его по-хорошему и уходи.
Джина вздохнула.
-Я помню. Но. Мне определенно потребуется помощь. А вам нужен Ларец. Давай так: ты возьмешь меня с собой, а я отдам тебе компас.
-Я не собираюсь тебе помогать. Отдай Ларец и иди своей дорогой.
-Проблема в том, что наши дороги совпадают.
Наступило недолгое молчание. Феликс прямо-таки физически ощущал повисшее в воздухе напряжение.
-Альт, не упрямься, как баран, - сказала Джина. – Я не буду вам мешать. И я готова отдать вам магический артефакт. Это чего-нибудь да стоит, ты так не считаешь?
-Ты могла бы отдать его Фарадею и попросить взамен свободы для своих друзей, - ответил пират. – Ты ведь поэтому хочешь с ним встречи?
-В таких обстоятельствах это вряд ли возможно. Сейчас он зол, с ним его матросы. Если бы я пошла, он убил бы меня. Чтобы производить подобный обмен, нужен тщательно продуманный план.
-То есть потом ты все равно собираешься его обменять?
-Может быть. Но сейчас я хочу обменять его на нечто другое.
Несколько мгновений молодые люди молча смотрели друг на друга.
-Ладно, - наконец сдался Альт. – Но только попробуй что-нибудь выкинуть. И давай сюда компас.
Джина рассталась с Ларцом с явной неохотой, но делать было нечего.
-Поехали, - скомандовал Альт.
Они тронулись в путь. Альт ехал первым, следом – Феликс, и Джина была последней. Через некоторое время летописец, снедаемый любопытством, не выдержал и попросил:
-Альт, дай мне взглянуть на компас. Там какие-то надписи были.
Пират молча снял с шеи компас и, поравнявшись с Феликсом, протянул тому артефакт.
Летописец, подслеповато щурясь, долго рассматривал его.
-Что там? – спросила Джина.
-Это руны, - наконец изрек летописец. – Северная Антария, год 1204 от разделения Четырех Родов.
Джина с изумлением взглянула на толстяка.
-Не знала, что ты такой образованный, - сказала она. – И что эти руны значат?
-Откуда ж мне знать, - ответил летописец. – Написано лигатурами. Сейчас так не делают, язык сильно упростился. Я могу предположить, что это запирающее заклятие. Оно не даст нам воспользоваться компасом, пока мы не расшифруем его.
-Ну замечательно, - мрачно сказал Альт. – На это уйдет слишком много времени. Ограничимся картой, которая у нас есть.
-К сожалению, так и придется поступить, - согласился Феликс, возвращая компас Альту.
Путникам ничего не оставалось, как ехать дальше. В пути они в основном молчали: Альт не отличался особой разговорчивостью, только Феликс с Джиной порой переговаривались о том о сем.
Они не торопясь продвигались по течению. Коль погоня не настигла их ночью, стоило думать, что княжеские воины побоялись преследовать их по ручью, который ведет в гиблые земли.
День шел за днем, но кругом были только густые заросли, наполненные лесными звуками: пением птиц, далеким стуком клюва дятла и разными шорохами. Сколько путники ни ехали, а свернуть с речушки были решительно негде.
Больше всего это не нравилось Феликсу, который словно чувствовал приближение опасности, притаившейся в этом лесу где-то на юго-западе.
Время шло к обеду. Кроны деревьев пронзали солнечные лучи, а лесные звуки ненадолго смолкли. Когда путники остановились на привал, Феликс сказал:
-Знаете, я думаю, нам уже пора хоть где-нибудь свернуть. Или мы окажемся слишком близко к границе с гиблым лесом.
-А у тебя уже все поджилки трясутся? – съехидничал Альт.
-Вообще-то он прав, - сказала Джина. – Хотя я не представляю, как мы будем пробираться через такие заросли.
-Вот и я не представляю, - сказал пират. – Мы свернем сразу, как представится возможность.
Они отправились дальше вдоль ручья. Лес становился только гуще, дорогу то и дело перегораживал валежник или упавшие древесные стволы. В конце концов путники вышли к запруде, которая образовалась из-за упавшего когда-то поперек ручья гигантского дуба. Уже вечерело, и было решено устроиться на ночлег рядом с водоемом.
Посовещавшись, путники решили, что ушли они достаточно далеко в лес, и впервые за все дни развели огонь. Пока окончательно не стемнело, Альт достал карту.
Согласно ей, троица сейчас находилась неподалеку от огромного, растянувшегося почти на тысячу верст, болота. По сути, оно начиналось сразу за запрудой, и ручей впадал именно в него.
-Это мне не нравится, - сказал Альт. – На болотах всегда полно разной кусачей дряни.
-Ты сам не хотел сворачивать, помнишь? – сказал Феликс.
Альт не ответил, продолжая внимательно изучать карту.
-Мы двигались быстрее, чем я думал, - проговорил он. – А болото далече уходит.
-И перегораживает нам весь путь, - мрачно добавила Джина.
-Не весь. Мы сделаем крюк, но обойдем его.
-Но сразу за ним начинается гиблый лес.
-Мы не пойдем туда. Хотя так можно было бы неплохо срезать путь.
-Ни за что! – сразу отказался Феликс.
Альт, полностью его игнорируя, продолжал:
-Пойдем по краю болота. Когда оно кончится – прямиком на юг. Если сильно не забирать вправо, то ни в какой гиблый лес мы не попадем.
-Очень на это надеюсь, - пробурчал летописец, начиная укладываться спать.

Многие дни шли путники мимо болота. Больше недели ушло на то, что его обойти. Из-за ночных туманов, которые шли с воды, путники часто мерзли, а о тучах мошкары и говорить было нечего. Кони то и дело всхрапывали и трясли головами, чтобы прогнать надоедливых насекомых.
В близости болота были и свои преимущества. На пути частенько попадались ручьи, где можно было набрать чистой воды, а на самом болоте росло много ягод и водились утки. Джина соорудила простенький силок из бечевки, которую предусмотрительно взяла с собой, и путникам порой удавалось полакомиться жареной уткой. В такой глуши они уже не боялись разводить огонь – на многие версты вокруг не было ни души.
Лес вокруг был спокоен и тих. Он жил своей жизнью, и лесным тварям не было дела до людей, которые шли себе мимо куда-то далеко.
По подсчетам Феликса, прошло десять дней, прежде чем болото осталось в стороне, а путники вышли на широкую и очень старую, мощеную белыми плитами дорогу.
-Тиамат меня побери, если это не та самая дорога, - проговорил Феликс, когда они выехали на древний, заросший травой и кустарником тракт. Он проходил перед ними под углом, петляя через заросли с северо-востока на юго-запад, от Асделла к Тиору, столице Волыни.
-Значит, идем правильно, - сказал Альт. – Давайте на ту сторону, и поживее.
Оглядываясь, они пересекли дорогу и снова углубились в лес. Все трое, не сговариваясь, стали внимательнее вглядываться в чащу и прислушиваться к лесным звукам. От гиблых земель их более ничего не отделяло, кроме лесного массива.
Впрочем, вокруг ничего не изменилось. Лес был все тот же. По-прежнему пели птицы, и неподалеку пробегал олень.
К вечеру лес накрыл густой туман. Он сделал видимость почти нулевой. Путники спешились, оставили коней на привязи и развели костер.
В свете огня Альт в который раз рассматривал карту. Джина пристроилась рядом, заглядывая ему через плечо и кутаясь в плащ: к ночи стало холодно, а из-за тумана еще и невероятно сыро. Феликс грел руки у огня, то и дело боязливо оглядываясь. Обстановка ему определенно не нравилась.
-Ты уверен, что мы не заблудились? – спросил он Альта.
-Нет, - честно ответил пират. – Но мы точно идем на юг. Может, и забрали немного в сторону, но…
Конец его фразы оборвал протяжный, резкий крик филина. Феликс вздрогнул.
Джина зевнула.
-Давайте спать, - сказала она, устраиваясь поближе к огню. Под голову она положила сумку.
Альт молча сложил карту и тоже лег.
С наступлением утра почти ничего не изменилось. Туман по-прежнему окутывал лес, но с наступлением нового дня он принес с собой зловещее безмолвие.
Путники продрогли до костей от ночной сырости, и снова развели огонь. Они ждали больше часа, но белая пелена не уходила. Тогда было решено двигаться дальше.
Они шли, пробираясь через белесую завесу, и едва видели силуэты друг друга. Лес оцепенел, и ни один звук, кроме шороха шагов и хрустнувшей под лошадиным копытом ветки, не нарушал холодную тишину.
-Ох и не нравится мне это, - прошептал Феликс. – Говорил же, раньше надо было сворачивать!
-Заткнись, - отозвался Альт. – Мы довольно далеко от болота.
-От этого не легче, - заметила Джина. – Если мы далеко, то здесь не должно быть такого тумана. Мне не по себе.
-Тогда заткнитесь оба.
И они продолжали свой путь в молчании. Блеклый день казался бесконечным. Путники оставались в седле, пока окончательно не устали. Стоило им устроить привал, как туман начал рассеиваться. Поначалу это не было заметно, но спустя полчаса, когда они собрались снова тронуться в путь, оказалось, что видимость значительно улучшилась.
-Наконец-то, - буркнул Феликс.
Подул ветерок, и последние клочья тумана унесло прочь. Однако картина, открывшаяся глазам путников, совсем их не обрадовала.
Вокруг был мертвый лес. Сухие стволы и ни одного зеленого листа.
-Что за черт? – изумленно выдохнул Альт, оглядываясь вокруг. – Не могли же они за одну ночь?..
-Нет, - сказала Джина, рассматривая иссохшую ветку со съежившимися и пожелтевшими листиками. – Эти деревья давно погибли. Вопрос в том, как мы сюда забрели? Неужели это из-за тумана?
-Невозможно, - ответил пират. – Даже в тумане мы не зашли бы так далеко. Ведь это гиблый лес, не иначе.
Феликс испуганно съежился при этих словах. Джина зорко оглянулась вокруг, но кроме них, в этой части леса никого не было – ни одного живого существа, только стволы и сухой кустарник.
-Если мы ушли так далеко на запад, то свернем налево, - сказала Джина вполголоса. В лесу стояла такая звенящая тишина, что и вовсе хотелось говорить шепотом.
-Едем дальше, - согласился Альт.
Они изменили направление и поехали на юго-восток. Прошел час, а затем два, но вдали ни разу не мелькнул ни один зеленый куст или деревце.
-Этого не может быть, - сказала Джина наконец. – Просто время не сходится. Мы не успели бы так далеко забраться в эти места вчерашним днем. Да и вообще мертвых деревьев я не помню… хотя ничего не было видно вокруг…
-В тумане часто сбиваешься со счета времени, - подал голос Феликс. – Мы один раз так попали. Думали, пару часов проторчали, а оказалось – не меньше суток.
-Будем надеяться, что это просто наша ошибка, а не чья-то злая воля, - ответила ему Джина.
Альт, который по-прежнему ехал первым, вдруг остановился.
-Что такое? – спросила его Джина.
Он обернулся и кивком указал вперед. Девушка присмотрелась и увидела впереди, за мертвыми стволами, что-то белое.
-Корочун меня задери… - проговорила она. – Дорога?
-Мы не могли так заблудиться в обычном тумане, - сказал Альт. – В этом лесу кто-то есть. Не знаю, что за силы тут хозяйничают, но это они нас сюда завели. Мы вернулись назад, да еще и свернули потом на запад, прямиком в гиблый лес. И при этом ничего не заметили. Будьте начеку.
Джина кивнула. Феликс огляделся по сторонам и вжал голову в плечи. Альт выглядел абсолютно невозмутимым, словно его вообще ничего не пугало.
Снова оказавшись у дороги, путники остановились. Альт достал карту и принялся внимательно изучать ту часть, что была помечена как гиблые земли.
-Честно говоря, я без понятия, где мы находимся, - сказал Альт, - но, скорее всего, здесь. – Он ткнул в карту пальцем.
-Бог мой, тогда мы в самом сердце гиблых земель, - охнула Джина, которая заглядывала ему через плечо. - Отсюда ближе до западного побережья, чем до главной дороги.
Альт не ответил. Он словно о чем-то размышлял.
-Эй, Феликс, - позвал он наконец. – Погляди, что это может быть.
Пират протянул летописцу карту и ткнул пальцем в какую-то отметку возле линии, обозначавшей белую дорогу.
-Хмм, - задумчиво протянул Феликс.
-Это антийская застава, - сказала Джина. – Когда-то их было много.
-Разве я тебя спрашивал? – поинтересовался Альт, оборачиваясь к ней.
Джина вздохнула.
-Ну давай, - сказала она, - помаши еще своей сабелькой.
-Я помашу ею обязательно, если ты не заткнешься.
-Эй, перестаньте, - остановил их Феликс. – Альт, она может быть права. Я слышал об антийских башнях. На этой дороге они вполне могут быть.
-Значит, поедем на запад вдоль тракта. Посмотрим, что за башня такая. Я думаю, ночью в этом лесу будет опасно, и одним плутанием в тумане мы не отделаемся, - сказал Альт, сворачивая карту и убирая ее. – Может, в башне можно будет спрятаться.
-Но ведь так мы только дальше в гиблый лес заберемся! – всполошился Феликс.
-Эта башня может стать нашим спасением. До ночи мы не доберемся до границы, а значит, скорее всего, погибнем.
-Ну а если мы уже близко к главной дороге?
-Мы не знаем точно. Хочешь рискнуть своей головой? Мы можем снова угодить в туман, и тогда уж точно окажемся неизвестно где и сгинем.
Они немного отступили назад в лес и направились вдоль дороги. Прошло около двух-трех часов, и стало постепенно темнеть.
-Вам это не кажется странным? – спросила Джина. – Совсем недавно было ут…
Альт, с которым поравнялась девушка, вдруг обернулся и зажал ей рот рукой. Джина взглянула на него с удивлением и увидела, что он приложил палец к губам.
Некоторое время они молча стояли на месте. Альт вглядывался куда-то вперед, но там никого не было.
-Ладно, - тихо произнес пират, - поехали.
-Ты что-то видел?
-Видел, - ответил он.
-И… что это было?
-Пока не знаю. И замолкни уже.
Джина и не собиралась продолжать разговор.
А тем временем становилось все темнее. Стало ясно, что приближается ночь, а башня все не показывалась.
«Неужели я ошибся? Может, граница была не так уж и далеко? – с тревогой подумал Альт. – Тогда у нас большие проблемы».
Наступили сумерки, зловещие, как и сама неведомая угроза, притаившаяся в мертвом лесу. Темнота становилась гуще, но Альт, который вел своих спутников, и не думал останавливаться. Они ехали, пока не стало совсем темно, словно в погребе. Небо над головой путников казалось черной бездной, в которой слабо блестели далекие звезды.
Когда Альт чуть не выколол себе глаз какой-то веткой, он выругался и сказал:
-Ладно. Нет смысла ехать по лесу в такой темноте.
Почти в полной тьме они устроились на ночлег. Альт остался в дозоре. Он всю ночь не сомкнул глаз, но кроме странных шорохов и ощущения чьего-то присутствия, он ничего не услышал и не почувствовал.
Следующий день ничем не отличался от предыдущего: такой же серый, длинный и пронзительно тихий. Путники ехали почти без остановок, но заставы все не было.
-Альт, я тебя ненавижу, – злобно прошипел Феликс. – Мы все-таки были близко к западной границе!
-Какая теперь разница, - ответил Альт.
Теперь заплутавшим путникам пришлось урезать себе паек: запасов у них с собой было очень мало, а в мертвом лесу не стоило и надеяться добыть что-то съедобное.
Никто их не потревожил. В лесу стояла все такая же мертвая тишина. С наступлением сумерек путники вновь остановились, чтобы разбить лагерь.
Они спешились и стали привязывать коней. Джина чуть задержалась, поправляя седло и попону своего коня, а когда обернулась к своим спутникам, увидела нечто странное. Странное и довольно жуткое.
Феликс уселся, прислонившись спиной к дереву и закутавшись в плащ. Альт в слабом свете уходящего дня вглядывался в карту и хмурился.
За их спинами Джина увидела маленького ребенка.
Увидай она какое-нибудь чудовище с волчьими клыками и горящими от звериной ярости глазами, она и то не так бы перепугалась. Зверь в лесу – это было понятно и объяснимо, но маленькая девочка в одном старом рубище без пояса, босая – этого быть не могло. Существо, на которое смотрела девушка, не принадлежало миру людей, хоть и выглядело как человек.
Светлые волосы девочки были распущены и взлохмачены, ноги и руки – грязные, в ссадинах, а кожа – мертвенно бледная.
Девочка приложила палец к губам, и уголки ее губ приподнялись, обнажив ряд мелких треугольных зубов, Джина не сомневалась – острых, словно бритва. Эта улыбка напугала девушку до дрожи в ногах: словно собственная смерть улыбнулась ей.
Вдруг девочка исчезла, а в следующий миг появилась прямо за спиной Альта, который ничего не заметил. Джина хотела крикнуть, но голос не повиновался ей. Страх сковал все ее тело. Никогда прежде она не сталкивалась с врагом, который обладает сверхъестественной силой.
Демон, или кто это был, затрепетал, словно изображение на покрывшейся рябью воде, и вдруг распахнул рот, который начал растягиваться, превращаясь в огромную, словно жерло, пасть, усеянную зубами в несколько рядов.
Тут Альт наконец сложил карту и сунул ее за пазуху. Тогда-то Джина и нашла в себе силы двинуться с места.
-Берегись!
Она бросилась к Альту и схватила его за руку, со всей силы дернув прочь.
-Что?..
Пират споткнулся, треугольные зубы клацнули прямо над его головой и впились в правую руку Джины, которой она инстинктивно прикрылась.
Словно тысячи крошечных ножей вонзились в нее. Но не это было так больно. Из глотки неведомой твари хлынула черная жидкость, которая ошпарила Джине руку, словно кипятком. Девушка закричала от боли и, извернувшись, попыталась ударить мерзкое создание ногой. Сапог словно натолкнулся на каменную стену; Джина только отшибла себе пальцы. Тварь даже не дернулась от удара, а только помотала головой, словно хотела оторвать Джине руку вовсе. Треугольные зубы рвали кожу и мышцы, струйки крови лились с локтя вниз. Джина, всхлипнув, набрала в грудь еще воздуха и снова закричала. Такой невыносимой боли она никогда не испытывала; руку словно одновременно опустили в огонь и дробили до кости. Слезы сами текли у нее из глаз; девушка, рыдая, продолжала кричать, и вдруг из глотки твари показался клинок.
Альт вонзил свою саблю прямиком твари в затылок. Она завизжала и выпустила Джину. Альт едва успел вытащить клинок, как чудовище, вереща, умчалось в темноту. Было слышно, как оно ломает сухие ветки на своем пути.
Джина, всхлипнув, рухнула на колени и застонала. Ее трясло от пережитого ужаса. Слезы застилали ей глаза, она ничего не видела, да и не хотела видеть, особенно свою рану. Она знала – рука превратилась в страшное кровавое месиво, и теперь ее наверняка придется ампутировать.
Кожа была не только изорвана, но и обожжена – так, что девушка даже не чувствовала теплых, обильных струй крови, которые стекали с руки на сухую землю.
-Феликс, огонь, - услышала она голос Альта словно через подушку.
Джина ощутила, как он потряс ее за плечо.
-Эй, ты слышишь меня?
Она слабо кивнула. Тогда Альт ловко стянул с девушки пояс и на ощупь принялся накладывать ей на руку жгут.
-Славно. Ну знай: ты редкостная идиотка. Зачем ты это сделала?
Джина шмыгнула носом и вытерла рукавом глаза. Боль в руке туманила ей разум, но она вяло ответила:
-Мерзкий ты пес. Тебе жизнь спасли… ай!
-Почему ты была так уверена, что ее нужно было спасать? А?.. И еще раз я услышу слово «пес», убью тебя сам.
-Пошел ты.
Закончив со жгутом, Альт в самом деле отошел. Он о чем-то глухо ругался с Феликсом. Джина их не слушала. Она почти теряла сознание и едва могла держаться, чтобы не упасть.
Прежде чем Альт вернулся и отнес ее к огню, который развел Феликс, она потеряла все силы и рухнула на землю. Боль и страх – страх, что та тварь вернется, и страх лишиться руки – терзали ее.
Затем ей сунули в рот что-то твердое и сказали:
-Не прикуси язык. Сейчас будет больно.
И действительно – было больно. Очень больно, почти так же, когда чудовище терзало ей руку. Джина едва стерпела эту боль. Руку чем-то обматывали – осторожно, не туго. Джину заставили что-то выпить, и боль постепенно стала глуше. Девушка провалилась в сон.
Rikudou-Sennin Clan Форум » Открытый мозг, покрытый пылью... (с) » Приют графомана » Буревестники (Книга Domino, всем приятного чтения ^^)
Страница 1 из 11
Поиск:

ЧАТ
500